Возражения по кассационной жалобе

Курсивом выделены части, не вошедшие в окончательный вариант, но достаточно интересные, чтобы их привести.


В Московский городской суд

От адвокатов Глушенкова А.В., Попова А.А. в интересах Чернова Андрея [...], ответчика по делу о нарушении авторских прав Сорокина В.Г. и ПООФ "Ад Маргинем"



Возражения по кассационной жалобе

18 января 2000 года Решением Бабушкинского межмуниципального народного суда СВАО г. Москвы было отказано в иске Сорокину Владимиру Георгиевичу и Предприятию общественной организации фирмы "Ад Маргинем" к Чернову Андрею [...] о защите авторских прав, поскольку судом не было установлен факт нарушения со стороны ответчика чьих-либо авторских прав на литературные произведения.

Истцы не согласились с данным решением суда по мотивам неправильного применения норм материального права, неправильным определением юридически значимых обстоятельств дела, не соответствия выводов суда, изложенных в решении, обстоятельствам дела и их необоснованностью.

С такой позицией нельзя согласиться по следующим основаниям.

В обосновании своих выводов истцы приводят противоречивые доводы, не основанные на законодательстве и противоречащие юридической логике и здравому смыслу.

1. Так, по мнению истцов примененный судом Федеральный Закон "Об информации, информатизации и защите информации", не подлежит применению, поскольку предметом иска была защита авторских прав. Тем самым истцы по существу утверждают о невозможности регулирования правоотношений в сфере обращения, обмена информацией в информационных системах указанным законом, если вопрос касается защиты авторских прав в этих системах.

Между тем, авторские права, в частности, на литературные произведения, защищаются независимо от формы их осуществления или использования с учетом норм законодательства, непосредственно устанавливающего и регулирующего формы такого осуществления или режим, способы использования авторских прав. Авторские права могут быть реализованы в любой форме, в любой среде, на любых материальных носителях самим автором или правообладателем по договоренности с автором, в том числе в печатной форме, форме публичного представления, в форме опубликования в информационно-цифровом представлении на магнитных носителях и т.д. При этом в зависимости от оговоренной формы их использования (осуществления) или нарушения применяются нормы закона, регулирующие те или иные виды правоотношений, по поводу которых возникает спор или которые были затронуты с учетом конкретных обстоятельств. Т.е. невозможно рассматривать вопрос о защите авторских прав в отрыве от норм, регулирующих отношения, связанные с формой осуществления или нарушения этих авторских прав.

Так, невозможно рассматривать спор о нарушении авторских прав в Интернет, т.е. в международной автоматизированной информационной системе, основываясь только на ЗоАП и не применяя соответствующее законодательство об информации и информационном обмене, равно как рассмотрение аналогичного спора о нарушении авторских прав в печатном издании невозможно без анализа и применения законодательных норм, регулирующих издательскую, полиграфическую деятельность, или тоже в периодическом печатном издании - без обращения к законодательству о средствах массовой информации.

В противном случае исходя из логики истцов следовало бы предположить, что в сфере обмена информацией и информатизации, в том числе с применением электронно- вычислительной техники, не защищаются авторские права, а в сфере обмена, обращения, использования объектов интеллектуальной собственности, в том числе объектов авторского права, не применяются нормы защиты информации, ее использования и обращения. Такое предположение неправомерно. Подобное узкое толкование законодательства противоречит здравому смыслу.

Таким образом, суд правильно оценил обстоятельства дела, касающиеся формы предполагаемого нарушения авторских прав, и применил при правовом исследовании соответствующие положения законодательства, регулирующие отношения в сфере информации и информационных технологий с применением ЭВМ и соответствующие нормы, регулирующие права авторов на литературные произведения. Судом была дана соответствующая юридическая оценка сложившимся правоотношениям по поводу возможного нарушения авторских прав в информационных сетях и требования истцов были отклонены как несостоятельные и необоснованные ни нормами закона "Об информации ...", ни нормами закона "Об авторском праве ...".

В этой части также не состоятельны доводы истцов о неприменении норм закона "Об авторском праве и смежных правах", поскольку, как указано выше и непосредственно следует из мотивированного решения суда, суд руководствовался при принятии указанного решения нормами обоих законодательных актов в применении каждого из них к своей сфере регулирования.

2. Не подлежали удовлетворению требования истцов о признании со стороны ответчика прав авторства Сорокина В.Г. - истца - на его роман, поскольку ответчик Чернов А.[...] не присваивал это авторство себе, не оспаривал его в установленном законом порядке и не имеет никаких возражений, как и не чинит никаких препятствий, относительно использования и осуществления истцом Сорокиным В.Г. и его издательством личных неимущественных и имущественных авторских прав соответственно.

Чернову А.[...], как и любому третьему лицу, не может быть вменено в обязанность признать чьи-либо авторские права на отдельный объект авторских прав, если такие лица непосредственно не препятствуют в их осуществлении самому автору. При этом личное мнение отдельных лиц относительно авторства тех или иных лиц на те или иные произведения литературы, искусства, кино и т.п., или их мнение относительно института авторства вообще, не является конкретным нарушением авторских прав конкретных авторов на их произведения. Выражение личного мнения, критика, полемика есть проявление естественного образа поведения людей, которая еще не влечет нарушение закона.

Так, споры относительно авторства Шолохова на роман "Тихий Дон" продолжаются до сих пор, что не мешает наследникам автора, официальным правообладателям осуществлять пользование своими правами на указанное произведение. С другой стороны, в ряде мусульманских стран Востока институт авторского права отсутствует в виду отрицания его религиозно-философскими традициями этих стран. Мнение ответчика Чернова А.[...] как частного лица не влечет нарушение прав третьих лиц, включая истцов, а его высказывания в этой части не нарушают законов Российской Федерации.

По тем же основаниям суд отклонил требование истцов о признании их исключительных прав на использование романа, поскольку нарушения этих прав со стороны ответчика не установлено, и суд в этой части вынес правомерное решение.

Соответственно, не подлежали удовлетворению требования истца в части обязания ответчика сделать какие-либо заявления о возложенных на него судом обязанностей, поскольку, во-первых, никаких обязанностей суд на ответчика не накладывал, во-вторых, возможность такого требования не предусмотрена законодательством по данной категории споров.

3. Как подробно указывалось в возражениях по исковому заявлению, представленных в суд 1-ой инстанции (л.д. 68-72), что полностью нашло отражение в решении суда, наличие ссылки на сайте (информационном ресурсе, "страничке" в Интернет) ответчика на ссылку с электронным адресом другого сайта, где расположен текст романа, не является способом его распространения или, тем более, действием по его распространению в смысле воспроизведения неограниченному кругу лиц, и наличие такой ссылки у любого лица не является нарушением авторских прав на произведение или прав собственности на информацию, или иных прав. Ссылка - это лишь сообщение сведений справочного характера, не имеющее в себе никаких механизмов, позволяющих воспроизводить в памяти ЭВМ пользователя какую-либо информацию. Какие-либо механизмы содержаться только в программном обеспечении ЭВМ, с которых осуществляется доступ к информации и на которых эта информация располагается, пользователи сами, используя адреса Интернет, указанные в ссылках, используют их в целях отыскания какой-либо информации.

4. Представленные истцами материалы проведенного по их инициативе исследования суд обоснованно отклонил и не принял в качестве экспертизы, поскольку был существенно нарушен порядок обеспечения доказательств до возбуждения дела в суде, предусмотренных частью 2 ст. 57 ГПК РСФСР, ст. ст. 102, 103 Основ законодательства РФ о нотариате.

Так, в нарушение требований указанных законодательных актов при постановлении нотариусом постановления о назначении экспертизы (л.д. 19) отсутствует мотивированная формулировка обоснований назначения такой экспертизы до суда, т.е. не приведены основания, согласно которым имелись опасения, что представление доказательств впоследствии станет невозможным или затруднительным. Также не указаны мотивированные основания обеспечения доказательств (т.е. назначение экспертизы) без извещения сторон и заинтересованных лиц - ответчик извещен не был, что допускается только в случаях, не терпящих отлагательства, или когда нельзя определить, кто впоследствии будет участвовать в деле. Соответственно, такие основания должны быть приведены в постановлении о назначении экспертизы. В противном случае другая сторона (ответчик) лишается возможности участвовать при процедуре обеспечения доказательств, в частности, участвовать при постановке вопросов для исследования экспертами. Тем самым существенно нарушается принцип равенства сторон, установленный ст. 14 ГПК РСФСР при представлении доказательств, поскольку сторона была лишена возможности участия в их исследовании.

Согласно ст. 50 ГПК РСФСР каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений. Таким образом, если истцы полагали, что необходима экспертиза, то были обязаны заявить соответствующее ходатайству суду. Суд по собственной инициативе поставил данный вопрос на обсуждение, однако, как указывалось выше, истец не исполнил своих обязанностей по доказыванию своих требований в этой части. Довод истца о том, что суд обязан был назначить такую экспертизу по существу по собственной инициативе несостоятелен, поскольку это право суда, а не обязанность. Бремя доказывания лежит на истце, который, тем не менее, отказался от представления таковых в форме экспертизы, несмотря на то, что судом было разъяснено, что эксперт в судебном заседании допрашивается исключительно как свидетель и разъяснил в соответствии с частью 3 ст. 14 ГПК РСФСР, сохраняя беспристрастность, все юридические последствия непредставления доказательств, права и обязанности сторон в этой части, предупредив их о последствиях совершения и не совершения конкретных процессуальных действий.

5. Совершенно недопустимо было бы рассматривать в качестве доказательств представленные истцами сообщения в прессе (л.д. 37-47), поскольку по данному спору это есть выражение частного мнения авторов таких газетных заметок, не имеющих какого-либо доказательственного значения, не устанавливающих каких-либо юридически значимых фактических обстоятельств. Суд обоснованно не принял сведения, представленные в такой форме, в качестве доказательств. Доводы истцов в этой части абсолютно надуманны и совершенно абсурдны и не выдерживают никакой критики.

Таким образом, полагаем, решение Бабушкинского межмуниципального народного суда СВАО г. Москвы от 18 января 2000 года об отказе в иске Сорокину В.Г. и ПООФ "Ад Маргинем" о защите авторских прав вынесено совершенно обоснованно, с учетом действующего законодательства, на основании представленных сторонами доказательств и доводов, по тщательно исследованным и изученным материалам дела, которым суд дал правильную оценку и каких-либо оснований для направления дела на новое рассмотрение нет.

На основании изложенного просим суд указанное решение оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Адвокаты

Глушенков А.В.
Попов А.А.

12 июля 2000 г.